ИСТОРИЯ МАСКИ, МОДЫ, КУКЛЫ И КОСТЮМА
История костюма История русского театра Куклы и сцена Маски и театр
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я

Тайная канцелярия императрицы


Вряд ли кто-либо из зрителей задумывался над тем, сколько затрачено на такую комедию: для них это было «игрище», как в просторечье еще долго назывались подобные спектакли. Актеры на следующий день приступали к своим будничным обязанностям и до поры до времени усмиряли свою страсть к сцене. Но ведь «охота пуще неволи», и через какое-то время любовь к театру брала верх и зрителей опять приглашали на комедию, а за подобными любителями утвердилось название «охотников».

«Охотники» стали появляться не только среди людей простого звания, но в разных слоях населения, включая дворян, даже самых знатных. В этом же 1731 году затеяла театральное представление цесаревна Елизавета Петровна в селе Покровском под Москвой: «означенная комедия имелась не малая, а именно, в той комедии написанные речи говорены были от персон около тридцати». Пьесу сочинила фрейлина Мавра Егоровна Шепелева, и главной героиней ее являлась принцесса Лавра. Все это «действие исполняемо было певчими, тако ж и придворными девицами для забавы государыни цесаревны». (Поскольку спектакль устраивался как домашний, то по традиции петровского времени на сцене играли женщины.)



Нужно сказать, что штат своего двора Елизавета сумела подобрать в это время из людей ей приятных и он был не слишком большим. В нем состояло около двадцати певчих под надзором «уставщика», или «регента» Ивана Петрова. Подбор музыкантов говорил о любви хозяйки к национальному и в то же время свидетельствовал о знании иноземных вкусов и моды — бандурист («слепый» Григорий Михайлович) и старая бандурщица (Матрена Яковлева), гуслист (Григорий Черняховский); Алексей Яблонский, Иван Иванов, Михайла Михайлов и Иван Матвеев составляли камерный квартет, к ним добавлялись еще трое валторнистов (Федор Леонтьев, Антон Давыдов и Иван Тимофеев). Имелся в штате и свой живописец, Максим Искрицын. При цесаревне находились молодые дамы и девицы — фрейлины, пажи и камер-юнкеры, так же, как и она, любившие всяческие развлечения.

И вот эта веселая и в некотором роде интимная компания задумала сыграть собственную комедию вдали от двора императрицы, относившейся к Елизавете очень подозрительно, как к возможной претендентке на престол. Однако пока Елизавета предпочитала «царить» у себя дома, где на сцене ее представляли «во образе богини» Лавры.

Для Анны Иоанновны сама мысль о том, что Елизавета могла быть на троне, казалась крамольной, и любые связанные с этим аналогии она считала преступными. Правда, в вихре торжеств, празднеств и увеселений, пребывая в упоении от сбывшихся мечтаний, императрица не сразу придала особое значение сообщению о комедии, устроенной при дворе «незаконнорожденной» цесаревны, как она ее называла, чтобы ни у кого и мысли не возникало о правомочности коронных притязаний Елизаветы. Однако через несколько лет (уже будучи в Петербурге), в 1735 году «апреля в 17 день», Анна Иоанновна изволила указать в Канцелярию тайных розыскных дел: «дому ее высочества государыни цесаревны Елисавет Петровны регента певчих Ивана Петрова взять в Тайную канцелярию и какие в квартире ево есть письма, тетради и книги для разсмотрения все забрать в Тайную канцелярию, а оного Петрова содержать под особым крепким караулом».

Это дело императрица поручила самому Андрею Ивановичу Ушакову — начальнику Тайной канцелярии, который собственнолично 18 апреля «в десятом часу по полуночи» отправился «для взятья оного Петрова и писем и тетрадей» в его квартиру на Адмиралтейский остров, «прошед греческую улицу, в переулке». Певчего дома не оказалось, он находился «на загородном» Смольном дворе цесаревны, и тогда «в квартире того Петрова в сундуках и в протчих местах обыскано и имевшиеся письма и тетради, и книги скорописные и уставные взяты и положены в мешок и запечатаны печатью». За Петровым на Смольный двор был послан сержант Михайло Беляев, который пришел туда, когда «тот еще спал и разбужа его, не заводя никуда, привел в Тайную канцелярию», где того Петрова обыскали и посадили «под особым крепким караулом». Все изъятые у певчего бумаги отдали на осмотр самому преосвященному архиерею Феофану Прокоповичу, нашедшему среди них «концерт», записку «о возведении на престол Российской державы» и отрывок из комедии «о принцессе Лавре». Повелели: Петрова строжайше допросить и «ему против учиненных вопросных пунктов ответствовать самою сущею правдою без всякой лжи и утайки, не скрывая за собою и за другими ничего, и обо всем бы объявил совестно, а буде ответствовать он, Иван, будет хотя мало что неправдиво, к закрытию чего, то б ведал, что за то не токмо жестоко наказан имеет быть, но по розыскам смертию кажнен будет неотменно».

«Вопросных пунктов» было много, и среди них особенно интересовало императрицу: «кто и где, и когда имянно, и по чьему приказу, и в каком намерении сочинял? Та история или фабула откуда вынята и для какого случая?» Но главное, что беспокоило государыню: «Кто принцесса Лавра?» и «Какая из того польза имела вам быть и не обнадеживано ль кем впредь чем?» Петров отвечал, что «ту комедию сочиняла фрейлина, что ныне за камер юнкером Петром Шуваловым, и в какой силе о принцессе Лавре написано, того он не ведает». А найденное у него явление, где речи бога Юпитера, «списал он своеручно из тетради, написанной о той комедии, и держал оное для памяти себе, как ему во время комедии говорить». И во время представления из посторонних, кроме придворных, никто не присутствовал, «а пользы де никакой из того быть им не имело и впредь ни от кого обнадеживаны никем не были».

После трехнедельных допросов и пристрастного следствия «велено оного Петрова из Тайной канцелярии свободить и при свободе сказать ему указ: под страхом смертной казни, о чем он в Тайной канцелярии спрашиван и что в росспросе своем показал, что о чем ни сказал, никогда разговоров бы не имел, и ни под каким видом о том никому не разглашал. О чем ему. Петрову, с подпискою объявлено при свободе того ж 9 дня майя 1735 года». Чудом вырвавшись из лап всесильной Тайной канцелярии (попав куда в это страшное время, редко кому удавалось избежать смерти или выйти невредимым), Иван Петров стойко хранил молчание до лучших времен.

Вот такой, далеко не веселой, стороной обернулась комедия «О принцессе Лавре». А сама принцесса Лавра пока продолжала коротать время в развлечениях, но вместе с тем окружала себя преданными людьми, в которых неуклонно укрепляла веру в себя и свои права, как дочери Петра.

Так продолжалось все десять лет царствования Анны Иоанновны, умершей в 1740 году, и еще целый год после нее, когда императором был провозглашен почти новорожденный Иоанн Антонович, а правительницей при нем назначена его мать Анна Леопольдовна — родная племянница умершей государыни, выданная ею за герцога Брауншвейгского. Еще в начале ноября 1741 года Анна Леопольдовна «присутствием удостаивала» празднество по случаю «благополучно окончившегося первого года своего правления», а уже в конце этого месяца владычицей России становится принцесса Лавра.

Дочь Петра Елизавета →



При использовании представленных на сайте материалов линк на наш проект «Мода и история театра» приветствуется! Размещенные на сайте статьи являются компиляцией множества справочных и литературных источников. Сотрудники проекта уважают права авторов и размещают тексты с разрешения правообладателей. Если найдете ошибку в статьях или дизайне, просьба сообщить .

Великие женщины XX века




Copyright 2011-2017 © SBL