История моды маски куклы костюма

Тайная канцелярия императрицы

Вряд ли кто-либо из зрителей задумывался над тем, сколько затрачено на такую комедию: для них это было «игрище», как в просторечье еще долго назывались подобные спектакли. Актеры на следующий день приступали к своим будничным обязанностям и до поры до времени усмиряли свою страсть к сцене. Но ведь «охота пуще неволи», и через какое-то время любовь к театру брала верх и зрителей опять приглашали на комедию, а за подобными любителями утвердилось название «охотников».

«Охотники» стали появляться не только среди людей простого звания, но в разных слоях населения, включая дворян, даже самых знатных. В этом же 1731 году затеяла театральное представление цесаревна Елизавета Петровна в селе Покровском под Москвой: «означенная комедия имелась не малая, а именно, в той комедии написанные речи говорены были от персон около тридцати». Пьесу сочинила фрейлина Мавра Егоровна Шепелева, и главной героиней ее являлась принцесса Лавра. Все это «действие исполняемо было певчими, тако ж и придворными девицами для забавы государыни цесаревны». (Поскольку спектакль устраивался как домашний, то по традиции петровского времени на сцене играли женщины.)

Alfa Bank

Нужно сказать, что штат своего двора Елизавета сумела подобрать в это время из людей ей приятных и он был не слишком большим. В нем состояло около двадцати певчих под надзором «уставщика», или «регента» Ивана Петрова. Подбор музыкантов говорил о любви хозяйки к национальному и в то же время свидетельствовал о знании иноземных вкусов и моды – бандурист («слепый» Григорий Михайлович) и старая бандурщица (Матрена Яковлева), гуслист (Григорий Черняховский); Алексей Яблонский, Иван Иванов, Михайла Михайлов и Иван Матвеев составляли камерный квартет, к ним добавлялись еще трое валторнистов (Федор Леонтьев, Антон Давыдов и Иван Тимофеев). Имелся в штате и свой живописец, Максим Искрицын. При цесаревне находились молодые дамы и девицы – фрейлины, пажи и камер-юнкеры, так же, как и она, любившие всяческие развлечения.

И вот эта веселая и в некотором роде интимная компания задумала сыграть собственную комедию вдали от двора императрицы, относившейся к Елизавете очень подозрительно, как к возможной претендентке на престол. Однако пока Елизавета предпочитала «царить» у себя дома, где на сцене ее представляли «во образе богини» Лавры.

Для Анны Иоанновны сама мысль о том, что Елизавета могла быть на троне, казалась крамольной, и любые связанные с этим аналогии она считала преступными. Правда, в вихре торжеств, празднеств и увеселений, пребывая в упоении от сбывшихся мечтаний, императрица не сразу придала особое значение сообщению о комедии, устроенной при дворе «незаконнорожденной» цесаревны, как она ее называла, чтобы ни у кого и мысли не возникало о правомочности коронных притязаний Елизаветы. Однако через несколько лет (уже будучи в Петербурге), в 1735 году «апреля в 17 день», Анна Иоанновна изволила указать в Канцелярию тайных розыскных дел: «дому ее высочества государыни цесаревны Елисавет Петровны регента певчих Ивана Петрова взять в Тайную канцелярию и какие в квартире ево есть письма, тетради и книги для разсмотрения все забрать в Тайную канцелярию, а оного Петрова содержать под особым крепким караулом».

Это дело императрица поручила самому Андрею Ивановичу Ушакову – начальнику Тайной канцелярии, который собственнолично 18 апреля «в десятом часу по полуночи» отправился «для взятья оного Петрова и писем и тетрадей» в его квартиру на Адмиралтейский остров, «прошед греческую улицу, в переулке». Певчего дома не оказалось, он находился «на загородном» Смольном дворе цесаревны, и тогда «в квартире того Петрова в сундуках и в протчих местах обыскано и имевшиеся письма и тетради, и книги скорописные и уставные взяты и положены в мешок и запечатаны печатью». За Петровым на Смольный двор был послан сержант Михайло Беляев, который пришел туда, когда «тот еще спал и разбужа его, не заводя никуда, привел в Тайную канцелярию», где того Петрова обыскали и посадили «под особым крепким караулом». Все изъятые у певчего бумаги отдали на осмотр самому преосвященному архиерею Феофану Прокоповичу, нашедшему среди них «концерт», записку «о возведении на престол Российской державы» и отрывок из комедии «о принцессе Лавре». Повелели: Петрова строжайше допросить и «ему против учиненных вопросных пунктов ответствовать самою сущею правдою без всякой лжи и утайки, не скрывая за собою и за другими ничего, и обо всем бы объявил совестно, а буде ответствовать он, Иван, будет хотя мало что неправдиво, к закрытию чего, то б ведал, что за то не токмо жестоко наказан имеет быть, но по розыскам смертию кажнен будет неотменно».

«Вопросных пунктов» было много, и среди них особенно интересовало императрицу: «кто и где, и когда имянно, и по чьему приказу, и в каком намерении сочинял? Та история или фабула откуда вынята и для какого случая?» Но главное, что беспокоило государыню: «Кто принцесса Лавра?» и «Какая из того польза имела вам быть и не обнадеживано ль кем впредь чем?» Петров отвечал, что «ту комедию сочиняла фрейлина, что ныне за камер юнкером Петром Шуваловым, и в какой силе о принцессе Лавре написано, того он не ведает». А найденное у него явление, где речи бога Юпитера, «списал он своеручно из тетради, написанной о той комедии, и держал оное для памяти себе, как ему во время комедии говорить». И во время представления из посторонних, кроме придворных, никто не присутствовал, «а пользы де никакой из того быть им не имело и впредь ни от кого обнадеживаны никем не были».

После трехнедельных допросов и пристрастного следствия «велено оного Петрова из Тайной канцелярии свободить и при свободе сказать ему указ: под страхом смертной казни, о чем он в Тайной канцелярии спрашиван и что в росспросе своем показал, что о чем ни сказал, никогда разговоров бы не имел, и ни под каким видом о том никому не разглашал. О чем ему. Петрову, с подпискою объявлено при свободе того ж 9 дня майя 1735 года». Чудом вырвавшись из лап всесильной Тайной канцелярии (попав куда в это страшное время, редко кому удавалось избежать смерти или выйти невредимым), Иван Петров стойко хранил молчание до лучших времен.

Вот такой, далеко не веселой, стороной обернулась комедия «О принцессе Лавре». А сама принцесса Лавра пока продолжала коротать время в развлечениях, но вместе с тем окружала себя преданными людьми, в которых неуклонно укрепляла веру в себя и свои права, как дочери Петра.

Так продолжалось все десять лет царствования Анны Иоанновны, умершей в 1740 году, и еще целый год после нее, когда императором был провозглашен почти новорожденный Иоанн Антонович, а правительницей при нем назначена его мать Анна Леопольдовна – родная племянница умершей государыни, выданная ею за герцога Брауншвейгского. Еще в начале ноября 1741 года Анна Леопольдовна «присутствием удостаивала» празднество по случаю «благополучно окончившегося первого года своего правления», а уже в конце этого месяца владычицей России становится принцесса Лавра.

Далее ► Дочь Петра Елизавета

Главная ► Мода и история театра