ИСТОРИЯ МАСКИ, МОДЫ, КУКЛЫ И КОСТЮМА
История костюма История русского театра Куклы и сцена Маски и театр
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я

Вахтангов и его театр


В судьбе Вахтангова — человеческой, гражданской, творческой — революция сыграла поистине всеопределяющую роль. Для него, по существу, не стояло вопроса — принять или не принять ее. Переход к новой вере совершился стремительно и потрясающе искренне.

Вахтангов, подобно Маяковскому и Блоку, всем сердцем отдался революции. И у него, как у многих других, не было и не могло быть в те годы точного осознания ее социальной сути. Он воспринимал ее эмоционально, художественно, «музыкально» (подобно Блоку). Он «эстетически заражался ею» (П. Марков. Из лекции о Вахтангове). Он воспринимал ее по-своему. Для Вахтангова революция была светом, жизнью, светозарностью. (Мейерхольд, в отличие от Вахтангова, увидел в революции очистительную стихию разрушения, высокий и добровольный аскетизм эпохи военного коммунизма. Это ощущение рождало сухость, плакатную резкость и ударность первых послеоктябрьских постановок Мейерхольда. От ощущения всеобщего равенства перед революцией, слитности всех в едином устремлении родилась униформа сценических одеяний актеров. Революционное презрение к материальному, к мелочам и ценностям быта привело к изгнанию вещей со сцены, к грубому обнажению сценической коробки.)

Спектакль Принцесса Турандот
Спектакль «Принцесса Турандот»

Для Вахтангова было важно ощущение того, что со старым, прошлым кончено навсегда, что впереди ждет радостный, сияющий мир. Одним из первых Вахтангов предугадал и увидел сияние будущего мира сквозь отнюдь не лучезарную реальность 20-х годов. Критик А. Мацкин в статье «Вахтангов, старая и новая Турандот» использует выражение Ф. Энгельса — «Жизнерадостное свободомыслие». «Жизнерадостное свободомыслие» воспринял Вахтангов в революции, «богатство духовных возможностей человека революционной эпохи» пронизало новое вахтанговское мироощущение и вошло в его солнечную, праздничную «Турандот».



В краткие годы своего земного и творческого бытия Вахтангов успел дать основы и указать пути философскому театру, ставившему глубочайшие проблемы, выраженные особыми, каждый раз новыми средствами. Тема жизни и смерти — кардинальных проблем человеческого существования — звучит и варьирует в его спектаклях после Октября: чудовищность смерти, мертвого прошлого, посягающих на жизнь, молодость, красоту в «Гадибуке»; бесчеловечье лицемерия в «Чуде святого Антония», превращающего людей в манекенов. Праздник жизни, чудо жизни, которая для Вахтангова неразделима с солнечностью и праздничностью победившей революции, — это в «Турандот». (Как писал П. Марков, там «вера сердца, песнь любви, твердость знания».)

В его театре постановка «Турандот» была манифестом художественных идей Вахтангова. В ней сказалась великолепная свобода в выборе формы. Была игра, ирония, вольная актерская импровизация, виртуозная динамика и пластическая музыкальность. Но не ирония, и не формальная новизна, и не злободневные остроты четырех главных масок — Панталоне, Бригеллы, Труфальдино, Тартальи — составили силу и бессмертие «Турандот». Радостная философия жизнеутверждения (о ней уже шла речь выше) и глубокое внутреннее оправдание всего, что происходило на сцене.

Вахтангов и его спектакли →


При использовании представленных на сайте материалов линк на наш проект «Мода и история театра» приветствуется! Размещенные на сайте статьи являются компиляцией множества справочных и литературных источников. Сотрудники проекта уважают права авторов и размещают тексты с разрешения правообладателей. Если найдете ошибку в статьях или дизайне, просьба сообщить .





Copyright 2011-2017 © SBL