ИСТОРИЯ МАСКИ, МОДЫ, КУКЛЫ И КОСТЮМА
История костюма История русского театра Куклы и сцена Маски и театр
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я

Разновидности кукольных театров


Точка зрения на древний яванский театр историка В. Рассерса была поддержана в книгах этнографов Меллема (Куклы ваянга, Амстердам, 1954) и Тито (Яванские представления, Батавия, 1938), а также в статье известного советского ученого А. Авдеева «Индонезийский театр «ваянг-кулит» («Современная этнография», 1966). Ссылаясь на работы Пунсена, Рассерса, Сетурье, Меллема, Хазё и других исследователей Авдеев убедительно доказывает, что театр ваянг-кулит не теневой, а кукольный, что экран (или то, что его заменяло впоследствии) оставался лишь своего рода границей, по обе стороны которой размещались мужчины и женщины. Кукольники — даланги — оставались с «мужской» стороны, там же находился и свет. А на «женской» стороне были видны только тени кукол, мелькавшие сквозь экран-занавеску. Авдеев доказывает, однако, что вовсе не это послужило той путанице, которая произошла с самим названием «теневой театр». Он объясняет это прежде всего содержанием самого действия, которое оперировало именно «тенями умерших предков».

Ковьелло

Ковьелло, первый дзанни, умный слуга — персонаж итальянской комедии дель арте. Представляет южный (или неаполитанский) квартет масок, в который входят Пульчинелла, Тарталья и Скарамучча.

Предпринимая серьезный лингвистический экскурс, Авдеев делает вывод: «Из лингвистических примеров можно заключить следующее: 1) представление о тени как «душе», «душе умершего», распространено достаточно широко; 2) представление о тени эволюционирует: на более ранних ступенях развития представление о «душе» совпадает с представлением о тени, позднее это представление осмысляется как «призрак», но не теряет смысловой связи с представлением об умершем человеке; 3) в наименованиях теневого театра (наименованиях поздних) сохранилось древнее представление о тени как «душе умершего». Это существенно важно для решения вопроса о происхождении теневого театра как жанра. С большой долей вероятности мы можем предполагать, что именно в этом смысле и понималось в древности яванцами слово «ваянг» — тень (тень-душа)».

Ссылаясь на доктора Рассерса и утверждая, что тот проделал большую работу по анализу текстов ваянг-кулит, Авдеев утверждает, что «все законы» (так они называются по-явански) — это изложение той жизни божественных предков».

В конце XIX столетия, в начале и середине XX века появилось немало глубоких исследований, в которых рассматривались и интерес человека к театру кукол и сами формы театральной реализации этого интереса. Были изучены все известные нам виды театра кукол — от «вифлеемского ящика» до шопки, батлейки, вертепа, от театра кукол острова Явы до театра, оперирующего куклой почти полностью механизированной конструкции, от наивных зрелищ народных балаганов до самых утонченных форм метафорического театра предметов. В этих грудах английских, американских, немецких, чешских авторов досконально исследовались не только драматургия, вещественный арсенал этого театра (ширма, куклы и т.п.), но и роль искусства играющих кукол в формировании культур многих народов. Эти труды конца XIX — первой половины XX столетия не предложили, однако, никаких иных точек зрения на происхождение театра кукол, нежели точки зрения Нодье и Маньяна.



Исключение составляет работа русского ученого академика Белецкого, который, во многом соглашаясь с трудом Маньяна, предложил свою концепцию происхождения театра кукол. Этот ученый склонен рассматривать происхождение театра кукол прежде всего из обряда. (Наиболее полно эта точка зрения изложена в его работе «Старинный театр в России».)

В древнем обряде Белецкий видит первые, наивные формы театра. В игре с куклой, ряжении, «москолудстве» — уже подлинный прообраз театра кукол. «Для историка театра, — пишет он, — в рождественских обрядах всего интереснее именно «москолудство», ряжение... Мы уже знаем, что среди этих масок преобладали звериные и что одним из главых действующих лиц на рождественских игрищах являлась коза, восходящая, быть может, к козлиным, сатирским маскам языческих Брумалий (праздников от 24-го ноября до 17-го декабря, посвященных Вакху-Дионису)... Козу обыкновенно делают из дерева и туловище покрывают шубой, под которой скрывается поддерживающий козу человек: под музыку коза пляшет, и хор колядников приглашает ее приветствовать хозяина дома и членов его семьи, указывая последним на ее магическое значение».

Народные праздники и магические обряды →



При использовании представленных на сайте материалов линк на наш проект «Мода и история театра» приветствуется! Размещенные на сайте статьи являются компиляцией множества справочных и литературных источников. Сотрудники проекта уважают права авторов и размещают тексты с разрешения правообладателей. Если найдете ошибку в статьях или дизайне, просьба сообщить .

Великие женщины XX века





Copyright 2011-2017 © SBL