История моды маски куклы костюма

Режиссер и идея пьесы

А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я

Вне зависимости от того, какой системы – психологического или условно-поэтического театра – режиссер придерживается, при постановке спектакля он идет от автора, от содержания, идей, художественных качеств пьесы. Нельзя ставить произведение, если ты стоишь на позициях, противоположных авторским. Можно спорить с автором, домысливать, дополнять, переосмысливать его, но именно стоя на его позициях, не отвергая, а принимая главное в нем. Чувство автора, чувство авторской индивидуальности, неповторимости, – способность, которой должен в высшей степени обладать режиссер.

Владимир Немирович-Данченко
Владимир Немирович-Данченко,
режиссер и основатель
Московского Художественного театра

Нельзя ставить Пушкина так, как Мольера, и Грибоедова, как Островского. И Толстой, и Достоевский вели горячую проповедь защиты человека, но делали это каждый по-своему, в природе собственного мироощущения, художественного дарования и темперамента.
У лучших режиссеров мы находим выразительные и предельно точные характеристики великих русских писателей, драматургов современности.

Приступая к работе над «Мертвыми душами» в начале 1930-х годов в Художественном театре, Станиславский много и специально останавливался на особенностях гоголевского письма, гоголевского стиля. Он говорил о «страсти», «широте и страсти», с какой написана бессмертная поэма. Он открывал актерам скрытую символику гоголевского письма. Чичиков не только авантюрист, жулик, вымогатель, загнанный обстоятельствами в безвыходное положение. Он – «зло, которое катится по Руси», это – вселенский «отравитель». Самое важное, считал Станиславский, что зло это, яд, который Чичиков несет в себе, лицедействуя, превращаясь, находя к каждому свой подход, попадает на благодарную и подготовленную почву. Зло и яд в Чичикове. Зло и яд в тех, кого он встречает на пути своего уловления «мертвых душ». В знаменитой гоголевской поэме нет злодея и жертв. Все достойны постигшей их участи, потому что все – «мертвые души».

Находим в письме Немировича-Данченко к Горькому (4.II. 1936) предельно лаконичную и исчерпывающую характеристику пьесы «Враги»: «...с работой над «Врагами» я по-новому увидал Вас как драматурга. Вы берете кусок эпохи в крепчайшей политической установке и раскрываете это не цепью внешних событий, а через характерную группу художественных портретов, расставленных, как в умной шахматной композиции».

Владимир Иванович Немирович-Данченко отмечает «мудрость композиции», при которой политическая тенденция не обнажена, не декларируется, а пропускается через «столкновения характеров» и потому выглядит художественно «убедительной... жизненно объективной, непреоборимой». У Горького не просто реализм, а реализм высокого стиля – «яркой простоты, крупных характерных черт, великолепного, строгого языка и идеи, насыщенной пафосом». Отметим, что такую точную и тонкую характеристику дает не ученый-литературовед, а человек театра, практик театра, каждое его определение звучит прямым указанием, как надо играть и ставить Горького: «Мужественность и простота. Правда, а не правденка. Яркий темперамент. Крепкое, ясное слово...»

Далее → Режиссер и авторская уникальность

Главная → Мода и история театра

Top Mail.ru