ИСТОРИЯ МАСКИ, МОДЫ, КУКЛЫ И КОСТЮМА
История костюма История русского театра Куклы и сцена Маски и театр
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я

Образ Комиссара в «Оптимистической трагедии»


Биография писателя, богатство его жизни, богатство личности, его зрелость, его опыт имеют первостепенное значение для творчества. Но сам принцип автобиографичности искусства и литературы не надо понимать слишком буквально. Драматург вовсе не списывает с живой натуры и вовсе не ограничивает себя лишь виденным и пережитым лично. Огромная роль принадлежит фантазии, художественному воображению автора. Образы пьес не являются пассивными слепками, скрупулезными копиями реально существовавших людей. Они, как правило, сложнейшие сплавы виденного и нафантазированного, домысленного, досочиненного писателем.

Образ Комиссара Алиса Коонен
Камерный театр. «Оптимистическая трагедия» Вс. Вишневского. Постановка Александра Таирова. В роли Комиссара — Алиса Коонен.

Кто послужил прообразом Комиссара в «Оптимистической трагедии»? Чаще всего говорят, что Лариса Рейснер. Одна из прекраснейших женщин русской революции. Дочь профессора, посетительница изысканных петербургских литературных салонов, сочинявшая стихи и острые политические памфлеты, она с первых дней бесповоротно ушла в революционную стихию. Лариса Рейснер была комиссаром Морского Генерального штаба, разведчицей в тылу у белых, членом боевого экипажа Волжской флотилии. Как многие ее товарищи и сверстники в революции, она прожила короткую жизнь.



Прототипом Комиссара была не только Рейснер, но и еще одна женщина другого поколения и схожей судьбы — Евгения Бош. Профессиональная революционерка, с огромным опытом подполья. В годы гражданской войны ей было около пятидесяти. «Она под Харьковом остановила эшелон матросов-анархистов, которые не выдержали огня и бежали, — пишет Всеволод Вишневский в своих воспоминаниях. — Очень сдержанная, у нее манеры старой интеллигентки. Она всегда чрезвычайно вежлива. Подошла, вынула револьвер и сказала: «Пожалуйста, идите назад, я вас очень прошу». Анархисты совершенно «опупели». Она сама повела их назад. Ей говорят: «Смотри, «дзыга». Она: «Что значит «дзыга»?» — «Снаряд». — «Ага, хорошо».

Как переплелись эти две судьбы в Комиссаре! От Рейснер — страстность, вдохновение, порыв, прелесть женственности. Даже первое появление героини «Оптимистической трагедии» на корабле у матросов-анархистов подсказано биографией Рейснер. Лариса Рейснер —- женщина, «баба», по старинному поверью, приносящая морякам несчастье, была встречена в Волжской революционной флотилии тоже далеко не дружелюбно. Ее испытывали огнем. Вишневский вспоминает: «Лариса Рейснер. Петербургская культура, ум, красота, грация... Когда она пришла к нам, матросам, мы ей сразу устроили проверку: посадили на моторный катер-истребитель и поперли под пулеметно-кинжальную батарею. Даем полный ход, истребитель идет, мы наблюдаем за «бабой». Она сидит. Даем поворот, она: «Почему поворачиваете? Рано, надо еще вперед». И сразу этим «покрыла»...

От Евгении Бош — в Комиссаре ровность, спокойствие, безукоризненная и невозмутимая вежливость, тихое бесстрашие.

Но самое замечательное, что помимо этих двух женских судеб в истории Комиссара есть солидный кусок жизни, судьбы самого автора, его революционной юности во флоте, биография «мальчика из хорошей петербургской семьи», бежавшего в самую бучу революционной бури.

Драматург Николай Погодин →



При использовании представленных на сайте материалов линк на наш проект «Мода и история театра» приветствуется! Размещенные на сайте статьи являются компиляцией множества справочных и литературных источников. Сотрудники проекта уважают права авторов и размещают тексты с разрешения правообладателей. Если найдете ошибку в статьях или дизайне, просьба сообщить .





Copyright 2011-2017 © SBL