История моды маски куклы костюма

Актерские работы 1970-х годов

А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я

1970-е годы – эпоха научно-технической революции. Не в прямой ли связи с этим обстоятельством активно вспыхнувший в театре последнего времени интерес к проблемам современного «большого производства», к его героям. После долгого перерыва, установив преемственность и связь с индустриальными погодинскими хрониками 30-х годов, вернулась на сцену, заняла на ней ведущее положение производственная пьеса – «Человек со стороны» и «Проводы» И. Дворецкого, «Мария» А. Салынского, «Сталевары» Г. Бокарева, «Заседание парткома» и «Обратная связь» А. Гельмана и др.

Актерские работы Грачев и Антоненко
Театр на Малой Бронной.
Спектакль «Человек со стороны» И. Дворецкого.
Актерские работы: Чешков – А. Грачев, Щеголева – А. Антоненко.

Можно засвидетельствовать и факт возвращения героя-производственника на новой нравственной и моральной основе. Ведущее положение среди других достигается не путем хорошо произносимых деклараций-призывов, не особой «сердечностью» подхода к подчиненным (в полемике с этими качествами актеры с удовольствием подчеркивают деловитую сухость, сдержанность, рационализм, «нелюбезность» своих героев). Лидерство сегодня – это органическая и глубокая идейность, великолепно организованный, мыслящий современными категориями ум. Лидерство – это совершенное знание дела, блистательный и обязательный профессионализм. Это высокая мораль, чистая совесть, развитое чувство ответственности за общее дело.



Что интересно в инженере Чешкове в «Человеке со стороны» И. Дворецкого (Театр на Малой Бронной), о котором столько спорили и писали? Что нового и непривычного в этой фигуре, поставленной в ситуацию, казалось бы знакомую по многочисленным пьесам из производственной жизни?

Молодой инженер борется с рутиной, ложью во спасение, с круговой порукой – во имя интересов дела, которому служит, во имя успешного выполнения целей не только нынешних и сиюминутных, но и будущих. Сложность и необычность ситуации заключается в том, что Чешков пока один, а против него сплоченный коллектив противников – работников когда-то славного, а ныне безнадежно отставшего завода, отставшего, но требующего себе чести и места в силу былых заслуг.

В Чешкове – А. Грачеве замечательна естественность поступков. Невзрачный, белобрысый, с удивленно поднятыми бровями и мягкой интонацией, очень моложавый человек этот абсолютно лишен демонстративности.

Негромкая, не срывающаяся на крик, в приказ, но несгибаемая убежденность живет в нем. Даровитость его принимается абсолютно на веру. Актер действительно играет талантливого человека. Ибо только талант может не замечать мелочных уколов самолюбия и крупной грубости, которыми богаты первые дни пребывания на новом заводе «человека со стороны». Только талант может быть так сосредоточен, так фанатически устремлен в заботах о деле жизни.

Только талант может быть так беспощаден к себе и близким, так не знать и не хотеть передышки. Чувствуется, что, играя Чешкова, молодой актер говорит о чем-то очень дорогом для себя лично, говорит через образ и образом с нами, зрителями-современниками.

И потому вскрывает не только деловую, а человеческую, нравственную основу происходящего, добивается слияния профессионального и морального начала. В Чешкове – А. Грачеве живет наивная беспощадность. Он может существовать только так, не хочет иначе и не устает объяснять, что по-другому – нецелесообразно, да и неинтересно. Великолепно терпение героя, терпеливая интонация общения с противниками. Великолепно достоинство человека, которого нельзя унизить, сознание собственных сил, изнутри идущая уверенность в достижении цели.

В 1970-е годы устанавливается некое весьма знаменательное равновесие. Взрастая как личность, как сознательно творящий человек, увеличивая свою гражданскую и художественную активность, свой вклад в жизнь общества, актер ценит и выделяет те же черты и в своих героях, особенно если он играет современную пьесу.

Какие актерские работы привлекли к себе наибольшее внимание критики и зрителей за последнее время? Большевик Левинсон А. Джигарханяна («Разгром» А. Фадеева); два инженера Чешкова, сыгранные в Москве А. Грачевым в Театре на Малой Бронной и в Ленинграде Л. Дьячковым в Театре имени Ленсовета («Человек со стороны» И. Дворецкого); Тимоша Г. Сайфулина в Театре на Малой Бронной («Золотая карета» Л. Леонова); лейтенант Шмидт Г. Тараторкина в Ленинградском ТЮЗе; Мария С. Ми-зери в Театре имени Вл. Маяковского («Мария» А. Салынского); Платон Кречет Н. Волкова в Театре на Малой Бронной («Платон Кречет» А. Корнейчука); Корчагин А. Локтева в московском Театре имени А. С. Пушкина («Драматическая песня» Б. Равенских, М. Анчарова по роману Н. Островского), сталевар Петр Хромов Е. Евстигнеева во МХАТе («Сталевары» Г. Бока-рева), бригадир Потапов О. Ефремова и парторг Соломахин Е. Евстигнеева во МХАТе («Заседание парткома» А. Гельмана) и др. Очевидна принципиальная близость этих столь далеко отстоящих друг от друга во времени и судьбах героев.

Темы и звучания лучших актерских работ на современном материале образуют единство. Здесь мысль о способности человека «ощущать себя лицом исторически ответственным». Никто не уполномочивал бригадира Потапова (О. Ефремов), рядового работника огромного строящегося комбината, поднимать бунт против расхлябанности, простоев, неразберихи на стройке. Однако он идет на этот бунт и стоит до конца, бесстрашно отстаивая правду и свою рабочую гордость, не соглашаясь на подачку – премию, взывая к совести и разуму собравшихся на заседание парткома людей.

Никто не обязывал нового (а следовательно, не отвечающего за прежние непорядки) парторга Соломахина (Е. Евстигнеев) так напряженно, так драматично исследовать ситуацию, искать, кто прав, и вставать в итоге на сторону бригадира-бунтаря, хотя ему, Соломахину, этот выбор и грозит серьезнейшими осложнениями, вплоть до освобождения от партийной должности.

Одержимость, максимализм позиций, мужество человека, идущего против течения, «открывающего поприще», – это и в Марии (С. Мизери), и в Потапове, и в Соломахине, и в инженере из Заполярья Старосельском (А. Джигарханян, «Проводы» И. Дворецкого).

В конце 1950-х годов наш театр трудно возвращался к «обыкновенному человеку», учился слышать и видеть жизнь заново. (Огромная заслуга в этом возвращении принадлежит О. Ефремову, К. Лаврову, М. Ульянову и др.).

И сегодня новое актерское поколение с увлечением играет прекрасных и обыкновенных людей нашего общества. Но вместе с тем все заметнее на сегодняшней сцене, все значимее позиции большой, яркой человеческой личности – героя в полном смысле этого слова. Интерес привлекает не среднее и обыденное, но особенное и редкое в человеке.

На одном из вечеров в Доме актера Михаил Ульянов с любовью и волнением говорил о главном человеческом типе нашего времени – советском человеке, творце и созидателе. Именно такому герою отдает выдающийся социальный актер-вахтанговец все свои силы, свой талант. В книге «Моя профессия» М. Ульянов много размышляет о таких людях, как строитель Комсомольска Костя Белоус, как экскаваторщик Сергей Серегин, председатель колхоза Егор Трубников, как директор завода Друянов и другой директор завода Бахирев, сыгранные на сцене и в кино.

«...Современнейшая проблема – личная ответственность, смелость в принятии решений, – пишет в книге «Моя профессия» М. Ульянов. – Мы с пристальным интересом смотрим на сцене на героя... смело берущего решения даже сложных проблем на себя, на собственную ответственность, широко, смело мыслящего и думающего человека».

Далее → Спектакль и зритель



Главная → Мода и история театра

Top Mail.ru