ИСТОРИЯ МАСКИ, МОДЫ, КУКЛЫ И КОСТЮМА
История костюма История русского театра Куклы и сцена Маски и театр
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я

Самая веселая императрица


Коронование Елизаветы происходило 25 апреля 1742 года. Много всяких коронаций видела старушка-Москва — торжественных, помпезных, спокойных, тревожных, многообещающих, — но, наверное, эта запомнилась как одна из самых веселых. Россия радовалась, и ее радость не омрачал в этот раз официальный траур по предыдущему умершему монарху, который обычно совпадал с любой коронацией.

Портрет императрицы Елизаветы Петровны

Императрица Елизавета Петровна. Художник Георг Христоф Гроот.
В императорскую коллекцию живописи портрет поступил в 1856 году из Английского дворца.
Ранее находился в собрании графа Григория Орлова в Мраморном дворце (подарок Екатерины II).

Часто это бывала лишь формальность, но она все-таки накладывала определенный отпечаток на торжества; Елизавета же свергнутую «брауншвейгскую фамилию» поначалу собиралась отпустить восвояси (Анне Леопольдовне с ее семьей (в том числе и бывшим годовалым императором) разрешили уехать в герцогство Брауншвейгское, но с пути их завернули и отправили в ссылку.



Почти год Москва и приехавшая сюда часть барской России предавались всевозможным празднествам — зимним и летним, то в Кремле, то в Головинском дворце, то в частных домах, то в Оперном доме, то в подмосковных усадьбах. И Елизавета стала героиней и феей всех этих торжеств. А поскольку эту роль она будет играть и все последующие двадцать лет своего правления, то нам с вами необходимо пристальнее рассмотреть ее характер, привычки, пристрастия, так как именно они непосредственно влияли на события в области нас интересующей.

Портрет царевны Елизаветы Петровны в детстве

Луи Каравак. Портрет царевны Елизаветы Петровны в детстве. Русский Музей.

С самого детства Елизавета Петровна отличалась необычайной подвижностью и веселым нравом. Когда сравнивали дочерей Петра I, то в старшей, Анне, всегда подмечали больше благородства и сдержанности, а в младшей, Елизавете, — живости и грации. Тогда она напоминала мотылька, беззаботно порхающего в саду. Сходство это подчеркивалось и ее одеждой — девочки до совершеннолетия носили тогда платье с корсажем на помочах, образовывавших сзади как бы крылышки. Во время празднования заключения мира со Швецией в Москве царь ввел в большое собрание двенадцатилетнюю Елизавету, велел подать себе ножницы и обрезал ими помочи, объявив таким образом о совершеннолетии дочери. Но еще раньше ей стали подыскивать достойного жениха. Самой большой мечтой Петра было породниться с королями, соединив Елизавету и Людовика XV, с которым они были ровесниками. Поэтому девочку обучали французскому языку, изящным манерам; кроме того, она выучилась безупречно танцевать, что отмечали все приезжие дипломаты. Но брак с королем не состоялся, а с другими предлагаемыми кандидатами все откладывался.

В повзрослевшей цесаревне начали проглядывать новые черты — «она не лишена ума, грациозна и очень кокетлива, но фальшива и честолюбива»; кроме того, явственно сказывались некоторые привычки отца и матери: Елизавета «без малейшего страха ездила верхом и смела былa на воде», не терпела церемониальный этикет, компанию водила часто с простолюдинами и любила их простые, а иногда и «грубые» (с точки зрения царедворцев) развлечения. Кое-кто из сановников начал укорять ее за особую ветреность. Рано развившаяся физически, не сдерживаемая строгим воспитанием, она часто являла уже в юности «порывы самые страстные». Со смертью матери Елизавете совсем «подрезали крылья», и она, предоставленная сама себе и опасаясь быть запертой в монастырь, жила одним днем — бездумно отдавалась веселью и голосу своего молодого, «слишком нежного сердца», как выразился один из придворных. Когда же жертвой ее чар стал совсем еще мальчик, но уже облеченный императорской властью, Петр II, Елизавете пришлось удалиться и жить в одном из своих сел: то в слободе Александровской, то в Покровском.

Там на приволье, без лишних глаз, жила она, как ей хотелось: часто охотилась, каталась на санях и коньках, водила хороводы с слободскими девушками и распевала песни со своими певчими. В ту пору, ущемленная то Долгорукими (при Петре II), то Анной Иоанновной, содержание Елизавета получала небольшое и поэтому носила «скромные платья из белого атласа», но в другом, особенно «в столе и питье», отказывать себе и своим приближенным не считала нужным. Однажды даже Верховный совет «очень затруднился и нашел нужным приказать, чтобы впредь в счетах (за вино) было больше благоразумия».

Сердечные дела Елизаветы →



При использовании представленных на сайте материалов линк на наш проект «Мода и история театра» приветствуется! Размещенные на сайте статьи являются компиляцией множества справочных и литературных источников. Сотрудники проекта уважают права авторов и размещают тексты с разрешения правообладателей. Если найдете ошибку в статьях или дизайне, просьба сообщить .

Великие женщины XX века




Copyright 2011-2017 © SBL