ИСТОРИЯ МАСКИ, МОДЫ, КУКЛЫ И КОСТЮМА
История костюма История русского театра Куклы и сцена Маски и театр
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я

Алла Ларионова
Сказка о русской красавице


Ее жизнь многие сравнивают со сказкой. Она жила с радостью и умерла с улыбкой. Если и была в нашем кинематографе красота, которая могла спасти мир, то это была именно красота Аллы Ларионовой.

Алла Ларионова портрет

Ее родители познакомились еще в Гражданскую – вместе воевали у Котовского. После войны отец, Дмитрий Ларионов, пошел по партийно-хозяйственной линии: к моменту рождения дочери был директором райпищеторга. Мать, имевшая всего четыре класса образования, работала в детских садах. Они оба были заядлыми театралами – могли ночами напролет стоять за билетами в Художественный театр. В то время первой актрисой МХАТа была гениальная и ослепительная красавица Алла Константиновна Тарасова. И когда у Ларионовых 19 февраля 1931 года родилась дочь, ее назвали в честь любимой актрисы – Алла.

Алла Тарасова на всю жизнь стала для Аллы Ларионовой любимой актрисой, кумиром, идеалом красоты. Когда они однажды встретились на приеме в Кремле, Алла Константиновна назвала Ларионову «доченька» – это стало для Ларионовой и знаком признания, и творческим завещанием.



Аллочка с самого детства мечтала стать актрисой. И жизнь пошла навстречу ее желанию. Каждое лето детский сад, где мама Аллы работала завхозом, выезжал на дачу. Естественно, Аллочка ездила вместе с матерью. И однажды туда приехала съемочная группа в поисках детей для съемок. Пухленькая малышка с конопушками на вздернутом носике очень им приглянулась. Однако мама наотрез отказалась отпускать свою дочь – и, сделав несколько кадров Аллочки, группа уехала.

Но судьба не отступала от задуманного. Когда Алла училась в восьмом классе, к ней на улице подошла женщина и спросила: «Девочка, хочешь сниматься в кино?» Алла, ни секунды не раздумывая, ответила: «Да». Симпатичную курносую и конопатую девушку поставили на учет в актерский отдел «Мосфильма» и стали приглашать сниматься в массовках. Например, молоденькую Аллу можно увидеть в толпе на вокзале в знаменитом фильме Юлия Райзмана «Поезд идет на восток».

Съемки почему-то чаще всего были по ночам. Учебу Алла забросила и еле-еле окончила школу на тройки. К счастью, строгие родители, которые могли бы запретить дочери прогуливать уроки, были далеко. В огромной коммуналке на Спартаковской, где жила семья Ларионовых, перестали топить, там стоял жуткий холод – и Аллу взяла к себе тетка, сестра матери. Тетка же, гораздо ближе Алле по возрасту, была ей больше подругой, чем родственницей, и всячески поддерживала ее увлечение кино.

Когда летом 1948 года Алла окончила школу, она ни на секунду не сомневалась в своем будущем – она станет актрисой. Документы подала сначала в ГИТИС. Во главе экзаменационной комиссии был известный режиссер Андрей Александрович Гончаров. Когда Алла вошла – с толстой золотой косой, яркими синими глазами, вся светящаяся, – комиссия онемела, так она была хороша. А Алла, засмотревшись на Гончарова, очень красивого мужчину, забыла текст. Гончаров с ехидством спросил у остолбеневшей абитуриентки: «Девочка, тебе сколько лет?» Та смущенно сказала: «Семнадцать». – «В семнадцать лет надо память иметь получше…»

Будучи уверенной, что в ГИТИС ее не приняли, Алла подала документы и во ВГИК. Курс набирали Сергей Герасимов и Тамара Макарова. На Герасимова Алла Ларионова не произвела никакого впечатления – по его мнению, она была некрасивая, некиногеничная, и нос у нее слишком большой… Тамара Федоровна уговаривала его: «Да ты на ее глаза посмотри, на волосы…» Она умела уговаривать мужа. Уговорила и на этот раз.

Аллу Ларионову приняли и в ГИТИС, и во ВГИК. Поразмыслив, она выбрала ВГИК. С тех пор она не раз думала, что было бы, выбери она театр, но ни разу не пожалела.

На первом курсе Алла влюбилась в своего однокурсника Николая Рыбникова. Парень из Борисоглебска, сначала по воле отца учившийся на врача, но затем все же пришедший в кино, считался одним из самых талантливых студентов. И хотя он был на их курсе самым маленьким, бедным и некрасивым, его фонтанирующее обаяние и искрометное веселье покорили Аллу.

Алла Ларионова актриса

Коля Рыбников действительно был на редкость веселый парень, неистощимый на выдумки и розыгрыши. От его шуток стонало и общежитие в подмосковном Бабушкине, и товарищи по институту. Особенно удавалось Рыбникову подражать чужим голосам. Часто он, прячась в шкафу, изображал радио – и то пугал однокурсников объявлениями, то выспрашивал у знакомых девушек тайны их жизни. А они потом, придя на лекции, в страхе делились друг с другом подробностями бесед с «духом из радио». Однажды Рыбников «сообщил» о награждении одного из студентов Сталинской премией за роль Сталина. Тот на радостях назанимал денег и закатил банкет на все общежитие. Но весной 1952 года Рыбников чуть не дошутился до беды. Его «радио» голосом Левитана сообщило о том, что с первого числа следующего месяца цена на табак и водку снижается в семь раз, а соль и спички будут выдаваться бесплатно каждому желающему. В те годы действительно каждую весну объявлялось о снижении цен на продукты – хотя, конечно, не в семь раз. Все с криками «Ура!» и «Да здравствует Сталин!» бросились в ближайший продмаг. Продавщица в ужасе закрыла магазин и пошла звонить начальству. Соответствующие органы быстро нашли виновника переполоха. Рыбникова тут же исключили из комсомола и чудом не выгнали из института. Заступился Герасимов, а следом за ним и другие преподаватели – Коля Рыбников играл главную роль в дипломном спектакле «Юность Петра», и обойтись без него было нельзя.

Через много лет эта история послужила основой для фильма Петра Тодоровского «Какая чудная игра». Только в фильме всех участников розыгрыша расстреляли.

В самом начале совместной учебы Коля Рыбников не обращал никакого внимания на Аллу. Они дружили, и Коля часто бывал у Аллы в гостях, но в то время он был влюблен в другую. Даже пытался повеситься в институтском общежитии, и его удалось спасти лишь по счастливой случайности. Алла страдала, плакала по ночам в подушку… Потом перегорела, остыла. Но теперь уже он влюбился в нее без памяти. Ларионова была к тому времени признана первой красавицей института, и к тому же ее пригласили сниматься.

Алла Ларионова кадр из фильма

Известный режиссер Александр Лукич Птушко в 1952 году начал снимать фильм-сказку «Садко» по мотивам новгородских былин. Долго искали девушку на роль красавицы Любавы. И снова вмешалась судьба: ассистентом у Птушко работал Георгий Натансон, хорошо знавший Аллу еще со времен ее школьных съемок в массовках. Он привел Ларионову на съемочную площадку. Увидев ее, Птушко восхищенно сказал: «Жора, ты – обыкновенный гений!» И Ларионову утвердили на роль.

Сергей Герасимов не одобрял участия своих студентов в киносъемках. Но Тамара Макарова помогла и тут: поддавшись ее уговорам, Герасимов отпустил Ларионову на съемки.

Роль Любавы была небольшая, но Аллу Ларионову тут же заметили. Потрясающе красивая и обаятельная девушка в одночасье стала знаменитой. Фильм до сих пор считается одним из самых лучших в истории советского кино. Его тут же послали на кинофестиваль в Венецию – и вместе с фильмом поехала и юная Алла Ларионова.

Советский Союз уже давно не приглашали на зарубежные фестивали. И когда наконец пригласили, к составу делегации отнеслись со всей ответственностью. В нее вошли три первые красавицы тогдашнего кино – Наталья Медведева, Лилия Гриценко и Алла Ларионова.

Перед отъездом Наталья Медведева пришла в министерство и заявила, что девушкам необходимы выходные платья: если уж им выпала честь представлять свою страну за рубежом, они не смогут этого сделать в тех обносках, которые у них есть. И им срочно в кремлевском ателье сшили три белых платья – разных фасонов, но из одной материи. Правда, по возвращении платья пришлось вернуть.

Алла Ларионова в Венеции

Алла, впервые попавшая за границу, находилась в состоянии постоянного шока. Ее удивляло все – как на них смотрят, что носят, какие вокруг дома и лица, так не похожие на привычные советские… Из полуподвальной коммуналки Алла попала во дворец. Но самым сильным потрясением стала выходящая из номера гостиницы горничная – на ней были роскошные тонкие шелковые чулки, о которых советской кинозвезде можно было только мечтать…

Русские красавицы произвели в Венеции настоящий фурор. За ними постоянно ходили толпы любопытных. Газеты писали: «Русские привезли настоящее чудо красоты!» Но Алла не потерялась на фоне остальных – ее молодость и ослепительное обаяние выделяли ее из любого окружения. А уж после того, как «Садко» получил главный приз, «Серебряного льва» («Золотого льва» в тот год не присуждали), Алла Ларионова стала настоящей звездой фестиваля. Про нее писали: «Алла неотразима – самая молодая, самая веселая, самая красивая. Ее появление на фестивале – уже успех! Солнце Венеции – в волосах у Аллы».

Ее, первую из советских актрис, стали наперебой приглашать голливудские продюсеры. Сам Чарли Чаплин, сраженный ее красотой, прислал ей приглашение сниматься в его новом фильме. Но представители Госкино отказали всем: мол, Ларионова у нас одна, у нее контракты на пятнадцать лет вперед, и у нее просто нет времени сниматься где-нибудь еще. А Алла, возвращаясь самолетом в Москву, прощалась со сказкой – по ее мнению, впереди ее ждали только серые будни. Но оказалось, что сказка продолжалась. Прямо у трапа самолета Алле сообщили, что она утверждена на главную роль в фильме Исидора Анненского «Анна на шее» по рассказу Чехова.

Партнером Ларионовой по фильму был Михаил Жаров – известнейший и опытнейший актер. Он был кумиром Аллы с детства. Однажды, еще учась в школе, она с подругами пошла на вечер актеров кино. Один из актеров, проходя мимо, толкнул ее. Алла обернулась и застыла в изумлении: сам Жаров! Михаил Иванович погладил ее по голове: «Я тебя не сильно ушиб, деточка?» Алла была счастлива. И теперь, когда они встретились на съемочной площадке, она напомнила Жарову о том случае. За время съемок они подружились – потом сплетники из их дружбы раздуют целую историю с любовным романом и жаркими страстями. А Ларионова говорила: ей только приятно, что кто-то такое сочинил.

Снимали фильм долго, трудно. Одну сцену с балом снимали чуть ли не месяц – по ночам, потому что артисты оперетты, изображающие массовку, не могли работать днем. Сцену, где Анна после бала нежится в огромной постели, снимали в гараже «Мосфильма». Дело было зимой. Машины оттуда, конечно, убрали, но так было даже хуже – холод в гараже стоял арктический. Пока осветители в тулупах ставили свет, Алла быстро разделась и юркнула под одеяло, чтобы успеть хоть немного согреться. И вдруг вдали показалась высокая тонкая фигура – Александр Вертинский, играющий в фильме князя. В тот день он не снимался, но специально пришел познакомиться с молодой актрисой. Он подошел к кровати и, поцеловав ей руку, сказал, характерно грассируя: «Бг…аво, бг…аво!»

Вертинский был тогда живой легендой. Вернувшийся эмигрант, недавний лауреат Сталинской премии, человек старой закалки и другого склада ума, обладатель изысканных аристократических манер. Он сразу взял Аллу под свое покровительство – разговаривал, делился опытом, галантно ухаживал. Когда снимались эпизоды в Ленинграде, в его гостиничном номере собиралась почти вся съемочная группа – садились на ковер и слушали рассказы Вертинского.

Когда фильм «Анна на шее» вышел на экран, критика буквально растерзала его. Говорили, что манера, в которой он снят, ближе не к Чехову, а к Островскому, что в фильме нет свойственной оригиналу глубины и неоднозначности. Говорили, что картина воспевает пошлость и мещанство. Но публика валом валила на этот фильм: столь сильна была жажда простого человека окунуться хотя бы на время фильма в атмосферу радости и красоты, бесшабашной веселости и откровенного легкомыслия.

Слава Ларионовой взлетела до небес. Все ее роли были полны необычайной, магической женственности. У нее был волнующий голос, на экране она оставалась мягкой и естественной.

Алла Ларионова прекрасно разбиралась в машинах

Алла Ларионова не только любила водить, но и прекрасно разбиралась в машинах

Ей поклонялись, ее обожали, ее преследовали. А она продолжала жить все в той же полуподвальной коммуналке, где ванна была прямо на кухне. У прорубленных для света окон постоянно толпились поклонники, самые отчаянные пытались залезть внутрь. Образ Анны – героини, перед которой не может устоять ни одно мужское сердце, – настолько слился с образом самой актрисы, что ее имя тут же обросло самыми невероятными сплетнями. Игравшие с нею Жаров и Вертинский были тут же зачислены в ее любовники, список которых, по утверждению всезнающей молвы, исчислялся десятками, если не сотнями, знаменитейших фамилий. Реальность была гораздо проще: на съемках фильма «Садко» Ларионова влюбилась в своего партнера, актера Ивана Переверзева, и они стали жить вместе. Но сплетни не утихали – и вскоре разразилась настоящая катастрофа.

После ошеломляющего успеха Ларионовой в «Анне на шее» режиссер Ян Фрид пригласил ее сниматься в свой фильм «Двенадцатая ночь» по комедии Шекспира. Главные роли – близнецов Виолу и Себастьяна – должна была играть восходящая звезда, очаровательная Клара Лучко, а Ларионова сыграла роль прекрасной Оливии. Во время проб к фильму на киностудию пришел тогдашний министр культуры Александров. Увидев Ларионову, он застыл и простоял с открытым ртом несколько минут. В перерыве Аллу представили министру, а вечером в ее гостиничный номер постучали: молодой человек передал актрисе, что министр культуры приглашает ее на прощальный ужин – ночью он уезжает в Москву. Отказаться было невозможно. Ларионова спустилась в банкетный зал. Министр весь вечер не отходил от нее. Наутро весь «Ленфильм» говорил только о том, что Александров приезжал специально, чтобы пообщаться с Ларионовой. Все стали кланяться, заискивать… А вскоре в газете «Правда» появилась статья, в которой министра обвиняли во всех грехах – в частности, в его чрезмерном увлечении женским полом. В то время ругательная статья в центральной газете была равносильна судебному приговору. Разгорелся страшный скандал. Слухи ходили самые невообразимые: например, что Александров любил принимать ванны из шампанского в компании киноактрис и что Ларионова часто принимала участие в подобных оргиях. Александрова сняли с должности, исключили из партии, по организациям было разослано письмо о моральном разложении бывшего министра. Иван Пырьев, тогдашний директор «Мосфильма», издал распоряжение: Ларионову в кино не снимать.

Она была уже назначена на роль Василисы в фильме Александра Птушко «Илья Муромец» – и никак не могла выехать, потому что в Театре киноактера, где она числилась в штате, отказались подписать необходимые документы. Потом сорвалось еще несколько ролей. Ларионова попыталась выяснить причину опалы – и ей наговорили такое, что она несколько дней просидела дома в истерике, боясь от стыда выходить на улицу. Исидор Анненский подал ей идею – надо написать новому министру, Николаю Михайлову. Ларионова, с трудом найдя в себе силы, написала письмо и позвонила в приемную Михайлова. Ее сначала попросили перезвонить через несколько дней, затем пригласили приехать. Новый министр, напуганный судьбой своего предшественника, держал вокруг себя только мужчин. И они встретили Ларионову с такими многозначительными ухмылками, что та разрыдалась прямо в министерской приемной. Оставила письмо и убежала.

Через несколько дней она нашла в газете статью о предстоящей поездке большой делегации советских кинематографистов во Францию, где среди фамилий была и ее. Так Ларионова поняла, что опала с нее снята.

Во Францию поехал цвет тогдашнего советского кино: Людмила Целиковская, Сергей Бондарчук, Элина Быстрицкая, Николай Черкасов… Ларионова снова была в центре внимания. Сам Жерар Филип ухаживал за русской красавицей на глазах у всех. На прощальном приеме он написал Алле на ресторанном меню стихи: «Со мной сидит блондинка в платье голубом, и я в нее влюблен…»

Талант Аллы Ларионовой признавали многие зарубежные кинозвезды первой величины. В Аргентине, куда Ларионова поехала вместе с «Садко», на прощальном банкете к ней подошла невысокая светловолосая женщина и поклонилась по-русски, в пояс. «Я подошла, чтобы выразить свой восторг вашей красотой. Вас нельзя не заметить, – сказала она. – Я Мэри Пикфорд». Ларионова вскочила со стула – еще бы, легендарная звезда американского кино! На прощание Пикфорд подарила Алле свою фотографию – ее Ларионова хранила до самой смерти.

А в Бразилии, когда Ларионова вместе с Сергеем Бондарчуком сидели в кинозале, к ним подошла очень необычно по тем временам одетая – в брюки – черноволосая женщина. Она спустилась с верхних рядов амфитеатра, перешагивая прямо через ряды. Это была сама Анна Маньяни, великая итальянская кинозвезда. Она подошла к Алле, чтобы выразить ей свое восхищение. Сидящего рядом Бондарчука итальянка приняла за жениха Ларионовой.

Алла Ларионова на сцене

Казалось, что жизнь Аллы Ларионовой состояла из одних удач. Роли следовали одна за другой, и каждая была лучше предыдущей. У нее были толпы поклонников, ее талант признавали все. Но в личной жизни не все было так же гладко. Иван Переверзев, с которым она жила, был по характеру настоящий бабник, и Алла все время мучилась от ревности. Когда Алла в 1956 году забеременела, она надеялась, что хоть это привяжет к ней любимого мужчину. Они вместе снимались в Минске в фильме «Полесская легенда». В декабре Переверзев на несколько дней отлучился – и в его отсутствие из Москвы пришла телеграмма, поздравляющая его с рождением ребенка. Оказывается, он был давно женат, на актрисе Театра сатиры Канаевой, и теперь у них родился сын. Ларионова была в шоке, в ужасе, в отчаянии… Спас ее Николай Рыбников.

Последние шесть лет Николай постоянно пытался добиться расположения обожаемой Аллы. Где бы она ни была – за границей или в глухой деревне, – непременно присылал ей короткие телеграммы: «Люблю. Целую. Пью твое здоровье. Коля». Каждый Новый год приезжал к ней, чтобы поздравить. Чтобы стать достойным ее, старался прославиться в кино. Первые несколько лет ему доставались только эпизоды, но в 1956 году ему повезло. Режиссеры Феликс Миронер и Марлен Хуциев искали на главную роль в своем фильме «Весна на Заречной улице» обаятельного актера с внешностью «простого парня». Сниматься надо было в Одессе и на Волге, режиссеры были неизвестные, денег платили мало. Ехать никто не хотел. А Рыбников согласился. И фильм имел невероятный, фантастический успех – по сути, это был первый культовый фильм в Советском Союзе. Рыбников тут же стал безумно популярным. Его тут же пригласили на следующую роль – режиссер Александр Зархи дал ему главную роль в фильме «Высота».

30 декабря 1956 года Николай Рыбников, отпросившись со съемок «Высоты», приехал к Алле Ларионовой. На следующий же день сделал ей предложение. И она его приняла.

Рыбников решил расписаться тут же, пока Алла не передумала. Первого января все ЗАГСы были закрыты. И второго числа Рыбников, Ларионова и почти вся съемочная группа поехали по Минску искать ЗАГС, где бы их расписали без предварительной подачи заявления. Кто-то подал идею: надо найти ЗАГС рядом с кинотеатром, где висели бы афиши «Весны на Заречной улице», – там не откажут. Чудом нашли. Известных актеров действительно узнали и расписали. В Минске это был брак № 1 – первый в 1957 году.

В паспорт Алле Ларионовой растаявшая от обаяния Рыбникова регистраторша поставила штамп: после замужества фамилия Рыбникова. Ларионова закричала, что ей испортили паспорт. Регистраторша удивилась: «Разве вы не хотите взять его фамилию?» Алла объяснила, что у нее фамилия тоже хорошая и не менее известная. Тогда запись о перемене фамилии зачеркнули – с почерканным паспортом Ларионова ходила много лет.

На премьере «Высоты» Ларионова сидела рядом с мужем. Когда герой Рыбникова, которого тоже звали Николай, сказал: «Эх, прощай, Коля, твоя холостая жизнь!» – зал взорвался аплодисментами.

Родившаяся вскоре дочь стала Аленой Рыбниковой. Сразу после свадьбы Ларионова и Рыбников залезли в долги и купили огромную пятикомнатную квартиру возле метро «Аэропорт». Только они туда переехали, пришел посыльный от Вертинского с корзиной белой сирени – в феврале месяце! В сирени лежала записка, поздравляющая с рождением дочери.

Алла Ларионова и Николай Рыбников стали одной из самых известных, красивых и стабильных пар советского кино. Обязанности по дому были распределены сразу же: Алла занимается машиной, заменой лампочек, вбивает гвозди и делает ремонт. Рыбников взял на себя готовку и уборку. Особенно он любил делать пельмени. Каждую годовщину свадьбы отмечали с размахом. Всем гостям надевали фартук – и сажали под руководством Рыбникова лепить пельмени. В тот же день, 2 января, была годовщина и у их соседей по дому Сергея Бондарчука и Ирины Скобцевой. Часто отмечали вместе. С Бондарчуками Ларионова и Рыбников были близкими друзьями – даже крестили друг у друга детей. Николай Рыбников сыграл у Бондарчука в «Войне и мире» Дениса Давыдова.

Рыбников был натурой увлекающейся. Обожал шахматы – его друзьями были известнейшие шахматисты Борис Спасский, Михаил Таль, Ефим Геллер… После фильма «Хоккеисты» увлекся хоккеем. Чтобы сыграть в фильме «Девчата», за две недели похудел на двадцать килограммов – и получил роль, на которую уже был утвержден другой актер.

С Рыбниковым Алла чувствовала себя как за каменной стеной: она могла быть твердо уверена в том, что она – единственная женщина в его жизни. Его жизненное кредо было простым: «любимая женщина, любимый дом, любимая работа». Он очень ревновал Аллу – мог даже при случае подраться из-за нее. Ее дочь он любил как свою – и долго не соглашался завести второго ребенка: говорил, что один у них уже есть. Но Алла, которая очень хотела детей от Николая, настояла на своем – и в 1961 году у них родилась вторая дочь, Арина.

Их любовью восхищались, им завидовали. Они очень скучали, когда долго не виделись, спешили друг к другу, старались по возможности сниматься вместе. Вдвоем они снялись в восьми фильмах, самыми удачными из которых были «Ведьма» и «Седьмое небо». Хотя Ларионова любила повторять, что не понимает, как люди могут подолгу находиться вместе – мол, так можно и сковородкой по голове. А вот если постоянно в разъездах, как они, то и любовь не остынет.

В 70-е годы карьеры Рыбникова и Ларионовой пошли на спад: в кино пришли новые, молодые актеры, в моде оказались совсем другие типажи. Роли, которые им предлагали в это время, были в основном небольшими, да и сами фильмы сейчас мало кто помнит. А Рыбников без работы не мог. Спасали разъездные концерты, встречи со зрителями. Те, кто ездил с ним, говорили, что выступать с Рыбниковым было очень тяжело: он затмевал всех. Когда он выходил на сцену, пел свою знаменитейшую песню «Не кочегары мы, не плотники…» – все цветы в зале доставались ему.

Но с годами и концертов становилось все меньше, и ездить на них было все тяжелее… Его проблемой было то, что он психологически не смог перестроиться на возрастные роли, на новые характеры. Последней заметной ролью Рыбникова в кино был Кондратий Петрович в фильме «Выйти замуж за капитана» в 1985 году. За эту роль Рыбников даже получил приз на кинофестивале. А потом были только маленькие эпизоды… Все свободное время Николай Николаевич стал проводить на даче, увлекся засолкой и консервированием овощей. Особенно удавались ему помидоры – их строго-настрого запрещалось открывать до ноябрьских праздников. Последний раз он закатал помидоры летом 1990 года. Их пришлось открыть раньше.

22 октября Николай Рыбников сходил в баню, пришел домой, лег спать – и не проснулся. Он умер во сне, улыбаясь. До своего 60-летия он не дожил полтора месяца.

Алла Ларионова советская актриса

Алла Дмитриевна очень тяжело пережила его смерть – без мужа она оказалась словно в пустоте. Она больше не могла жить в их прежнем доме и, разменяв квартиру, поселилась в небольшой двухкомнатной квартире в Банном переулке. Дочери давно жили отдельно. Ролей не было, приглашений не было, сил не было. Скоро кончились деньги. В один прекрасный момент осталось только обручальное кольцо, которое Алла Дмитриевна собралась заложить. И тут ее судьба снова вспомнила о ней: Ларионовой позвонил Вячеслав Шалевич, актер Театра имени Вахтангова. Несколько лет назад он вместе с Михаилом Воронцовым поставил спектакль «Коварство, деньги и любовь» по «Синей книге» Михаила Зощенко, с которым объездил весь Союз и зарубежные страны. Еще в спектакле были заняты Людмила Целиковская и Марианна Вертинская. И когда Целиковская заболела, Шалевич предложил Ларионовой взять на себя ее роль.

Ларионова до этого никогда, если не считать студенческих спектаклей, не играла на сцене. Шалевич ее успокоил: «Это неважно. Выучите за десять дней текст – и поедем в Америку». Ларионова выучила текст за один день.

Участие в антрепризном спектакле вдохнуло в Ларионову новую жизнь. Она снова была нужна, ее снова полюбили зрители. За несколько лет она объездила множество стран. Потом стала играть еще и в театре Рубена Симонова, в спектакле «Брызги шампанского».

24 апреля 2000 года, отыграв спектакль, она вернулась домой, легла спать… На следующий день забеспокоился зять – Алла Дмитриевна не подходила к телефону. Вызванные спасатели, взломав дверь, нашли ее на кровати улыбающейся – мертвой уже несколько часов. Она умерла во сне, на Страстной неделе – говорят, такая смерть посылается праведникам.

Матильда Кшесинская →



При использовании представленных на сайте материалов линк на наш проект «Мода и история театра» приветствуется! Размещенные на сайте статьи являются компиляцией множества справочных и литературных источников. Сотрудники проекта уважают права авторов и размещают тексты с разрешения правообладателей. Если найдете ошибку в статьях или дизайне, просьба сообщить .

Великие женщины XX века






Copyright 2011-2017 © SBL